Посвящается моим близким. Будьте удачливы, здоровы и счастливы.

Константин Утолин

Нет абсолютно правых и абсолютно неправых. Существует серый туманный переход от одного к другому, где-то темнее, где-то светлее.
С. Кинг «The Thinner»

Обними эту Мать-Землю!
Бескрайнюю, дружелюбную Землю!
Да защитит Она тебя от небытия!
“Ригведа”

Счастье для всех, даром! И пусть никто не уйдет обиженным!
А. и Б. Стругацкие, «Пикник на обочине»

Аннотация

Научная фантастика и городская фэнтези, мистика и детектив, напряженная интрига и философские обобщения, неожиданные повороты сюжета и оригинальную композицию текста – все это вы найдете на страницах этой книги. Извечная проблема разрешения конфликта Добра и Зла подана с весьма непривычной точки зрения, а клубок интриги удастся распутать лишь на самых последних страницах. Изложенные же научно-фантастические гипотезы и философские концепции удовлетворят вкус самых взыскательных любителей «твердой» science fiction. Все это вместе взятое делает книгу привлекательной для самого широкого круга читателей. (далее…)

(Время от двух суток и до тридцати секунд до момента Великого Изменения.)

Природа не проявила большой щедрости к центральной части Исландии, на каменистой почве растут лишь невысокие деревья и кустарники. Люди здесь редкие гости, однообразный ландшафт так далеко от побережья не привлекает даже туристов. Поэтому дорог в этом краю нет, во все стороны тянутся похожие как братья холмы, способные навеять скуку на кого угодно.
Вот и этот холм на поверхности абсолютно ничем не выделялся среди множества ему подобных. Но если бы нашелся человек, который очень захотел бы проникнуть внутрь огромного бугра, то углубившись буквально на десяток метров, он сильно бы удивился. Еще бы – увидеть перед собой некую серо-матовую оболочку, сделанную то ли из какого-то особо прочного стекла, то ли даже из столь любимого всеми фантастами силового поля. Но его удивление стало бы еще сильней, сумей он проникнуть внутрь этой оболочки, поскольку этот человек стал бы первым из людей, проникнувших на верхний уровень безопасности одного из самых тайных и защищенных мест на планете. (далее…)

(Реконструкция. За три с половиной месяца до Момента Великого Изменения. Заброшенная деревушка недалеко от города Тотьма, Вологодская область. Россия)

1

С самого утра зарядил мелкий, противный дождик. Тропинки очень быстро покрылись тонким слоем жидкой грязи, на которой так и норовили разъехаться ноги. Но нескольких идущих по улице небольшой деревеньки людей это, кажется, всего лишь забавляло – они широко улыбались, обменивались громкими репликами.

- Хорошо-то как! – в который уже раз выразил общее мнение Виелкуна, высокий худой карел и неожиданно громко ухнул, словно филин.

- Ведем себя, как дураки! – махнула на него зонтиком Алферьева и тут же сложила его. Ей в Тотьме все нравилось – даже дождь, даже грязь, даже этот серый покосившийся заборчик. – А воздух-то! Воздух здесь какой! Дышите глубже!

- Воздух – о, да! – Славкович приостановился и зафыркал, забил ногой о землю, изображая распаленного жеребца: – Да! Воздух!

- Прекрати! – Алферьева отвернулась. – Это у вас нервное, мужики. (далее…)

(Реконструкция. За три с половиной года до момента Великого Изменения)

1

Во сне Иван опять слышал тихие, гортанные голоса. И шорох. Они приближались медленно, подстраховывая друг друга. Они не спешили, у них много времени, чтобы отыскать затаившегося в «зеленке». Иван шарил руками, комкая одеяло, отыскивал автомат, иногда это удавалось – иногда нет. Тогда он просыпался, жадно пил воду, стуча зубами о край стакана. В тот раз «калашников» нашелся, солдат бесшумно подтянул его к себе, тщетно пытаясь в темноте высмотреть приближающихся «духов». Жить можно! И все же что-то было не так… Рожок! Где он? Иван снова зашарил по траве. Как он мог отстегнуться?! Голоса все ближе, ближе… Двигаются молча и едва слышно, заранее согласовав план нападения, так что переговариваться перед последним броском им не требуется. Это опытные бойцы, от них просто так не уйдешь… Хоть бы один патрон! (далее…)

(Реконструкция. За пять лет до Момента Великого Изменения)

1

Гасымов вспоминал, как он нашел Настю и вдруг очень ясно осознал, как удивительно много общего у появления в Братстве одной из сильнейших магов и одного из лучших, наиболее приспособленных к бою с нелюдями, воинов. Да, общего было действительно немало, только девушка попала в Братство раньше.
В ту пору Артур Мамедович Гасымов имел роскошную черную шевелюру, которая так сильно поредела и поседела за последующие годы. Да и от акцента не успел толком избавиться, хотя отчаянно боролся с ним, так же как и с привычкой размахивать руками. Стоило раскрыть рот, и руки, будто неотъемлемая часть речевого аппарата, сами взлетали в воздух.
– Татьяна, ну как ты не понимаешь?!
– Успокойся! – общаясь с ним, Алферьева, будто в противовес южанину, становилась даже чересчур сдержанной для москвички, говорила ровно, не меняя выражения лица. – Артур, мы не можем врываться в чужую жизнь, тыкая удостоверениями. (далее…)

(Реконструкция. За четыре с половиной года до Момента Великого Изменения)

1

В тот вечер Джон Гиллан покинул свой офис почти на два часа позднее обычного – засиделся у компьютера, раз за разом раскладывая пасьянсы. О чем он думал при этом или чего дожидался, осталось неизвестным, а осмелившийся шутливо намекнуть на неурочное время охранник Рикардо нарвался на жестокую отповедь.
– Что б ты сдох, сын шлюхи! – почти беззлобно буркнул охранник, вернулся в свое кресло и закрыл глаза. Днем Рикардо трудился на двух работах, чтобы три его младших брата смогли тоже однажды приехать в Нью-Йорк, поэтому ночью мексиканцу просто необходимо было выспаться. По этой причине он не слышал, как войдя в лифт Джон Гиллан удивленно произнес:
- Привет, Мартин! Как ты тут оказался?
- Да вот… – очень высокий, дородный господин как-то даже виновато развел руками. – Подумал, что поскольку мы еще не договорили… И решил заглянуть – вдруг ты еще не ушел? (далее…)

(Реконструкция. Три года до Момента Великого Изменения)

1

Зал напоминал Ивану школьный, спортивный – такой же большой, гулкий, почти пустой, в углу сложены маты и какие-то снаряды. Ученики, двадцать два парня, расселись прямо на паркетном полу. Все приблизительно ровесники, есть атлетически сложенные, рослые, есть худощавые, жилистые «жердяи», есть и плотные крепыши – эдакие «кубики». Иван не успел еще запомнить имя каждого, но уже понял, что их истории во многом похожи – столкновение с нелюдями, иногда трагическое, как у Ивана, чаще мимолетное, затем встреча с представителями Братства.
«И у большинства за плечами спецназ или спортивное прошлое. Сколько у них может быть таких групп? – думал Иван, разглядывая двух инструкторов в оливкового цвета комбинезонах, о чем-то совещавшихся над списком учеников. – Наверняка не больше трех-четырех. Правда, я не знаю, как давно Братство готовит бойцов. Если это продолжается десятилетиями, и каждый год они набирают хоть одну группу, то сформирована уже неплохая бригада… (далее…)

(Реконструкция. За полтора года до Момента Великого Изменения)

1

Богородько, сплел пальцы, расплел, опять сплел, как-то иначе и засмотрелся на них. Выглядело такое поведение здоровенного инструктора довольно забавным: сидит, поджав под стул длиннющие ноги, ссутулился, будто старается выглядеть меньше ростом, и разглядывает сплетенные в единый супер-кулачище набитые в тренировках пальцы. Иван сдержал смешок, а вот Кирилл фыркнул. Фыркнул – и дернулся, будто хотел натянуть на себя одеяло, спрятаться от мгновенно поднявшего голову Богородько. Да только руки у Кирилла обе были в гипсе.
–Смешно тебе, придурку? – спокойно поинтересовался Богородько.
Кирилл Аршавин не первый год знал инструктора и мгновенно сориентировался, решил идти до конца.
–Да вы будто медитировать уселись, Степан Михайлович! На свои кулаки! (далее…)

(Реконструкция двух периодов до момента Великого Изменения)

1

Джесси два дня звонила Стивену, не решаясь сама зайти, но никто не брал трубку. Не сумев связаться даже через автоответчик, девушка немного обиделась. В самом деле – что за глупости? Отец и сын куда-то уехали? Могли бы и предупредить…
Но ночью она вдруг проснулась. Что-то случилось, причем уже давно. Джессика знала об этом, но не желала слушать ту часть себя, которую ненавидела. Не хотела даже знать о том, что произошло. Ведь достаточно прислушаться, чтобы понять: они мертвы. Оба.
Наблюдая за собой будто со стороны, Джессика оделась, вывела машину из гаража и скоро оказалась возле страшного дома. Для той ее части, которая с самого начала все знала, он стал страшным… Было тихо, только сверчок будто обтачивал эту тишину. (далее…)

(За три месяца до момента Великого Изменения)

1

Огре – город небольшой, сравнительно тихий. Это и нервировало Угрюмова – уж лучше бы ревели машины, гомонила толпа. Сибиряка вроде бы должна раздражать толчея, но Илларион с некоторых пор спокойнее себя чувствовал именно в людском шуме. Нас, людей, много, как бы говорил ему городской гул. Мы справимся, мы поддержим вас, поможем, если уж придется совсем туго. Мы, люди – хозяева планеты, кто бы не воображал себе нечто иное. И пусть нелюди способны уничтожать нас миллионами, все равно им не выдержать открытого столкновения. Мы управляемы, лишь пока у нас завязаны глаза. Но если повязка упадет – горе вставшему на нашем пути…
- Таня, Товардсон с тобой не связывался?
- Нет… – Алферьева отняла от губ помаду. – Илларион, ты чего сам не свой?
- Я свой! – нахмурился сибиряк, постукивая пальцами по рулю. – И больше ничей! Просто спрашиваю: нет ли новостей от Товардсона? (далее…)